Весна — время цветения. В том числе и сакуры. Мюнхенские газеты пестрят изображениями пышных соцветий всех оттенков розового, пробуждая у горожан желание увидеть это великолепие собственными глазами. Мы не стали исключением — и вот уже через полчаса стоим на Агнесштрассе в районе Швабинга и с грустью созерцаем полупустые кроны вишнёвых деревьев — из-за резких перепадов температур и недавних ветров обещанное розовое великолепие теперь лишь густо устилает пешеходные мостовые.
Поверхность припаркованных вдоль тротуара автомобилей отливает рыжеватым. Это искрится на солнце песчаная пыль Сахары, давно облюбовавшая Мюнхен и приносимая сюда знойными ветрами с севера Африки.
Площадь у церкви Святого Иосифа выложили брусчаткой всевозможных оттенков серого — стало сразу чище и уютнее. Мы впервые заглянули внутрь — поразила непривычная простота убранства католического храма. А ещё я наблюдал, как верующие мужчины, истово молясь, падали на колени — не становились, а именно падали, и не на предусмотренные для этого подколенники, а прямо на мраморный пол в проходе между рядами. Мне не впервой видеть столь безудержное религиозное рвение, но, не зная, чего ещё ожидать от набожных прихожан, то поспешил вон из храма.
Неподалёку от церкви расположено старое Северное кладбище, закрытое для захоронений ещё в далёком 1944 году. Судя по надписям на надгробиях, здесь покоились государственные деятели, вельможи всех чинов и званий, скульпторы, писатели, поэты — представители политической и творческой элиты города. Среди множества памятников внимание привлекла скульптура босоногой женщины в античном хитоне, сидящей на гробнице. Левой рукой она держит некую скрижаль, а правой — ветку с длинными листьями, привлекая ею внимание маленького ребенка, сидящего рядом. Скульптура оказалась надгробием фамильного склепа самого скульптора и посвящена его двум дочерям, умершим в младенчестве. Изваяние было удостоено высокой награды на Всемирной выставке в Париже в 1878 году и сегодня считается одной из главных достопримечательностей старого кладбища.
Больше всего удивила разношерстная публика: прогуливающиеся в обнимку парочки, весело щебечущая детвора, молодёжь, греющаяся на солнце, и множество любителей бега трусцой. Некоторые посетители, расстелив пёстрые покрывала на лужайках, беззаботно загорали, улегшись среди старых захоронений. Кладбище давно закрыто для погребений и сегодня является охраняемым памятником архитектуры, а также парковой зоной, но мне всё ещё трудно ментально воспринимать место упокоения — пусть даже бывшее — как место для отдыха и прогулок.
На обратном пути мы наткнулись на улицу Рихарда Вагнера, когда-то жившего на соседней Бриеннерштрассе. Улица великого композитора застроена трех- и четырехэтажными зданиями в стиле неоренессанса, неоготики и необарокко. Я впервые увидел столь причудливую смесь архитектурных стилей на улочке длиной всего пятьдесят метров.
Через какое-то время мы вышли на Кёнигсплац — кусочек античного Рима, одно из мест проведения факельных шествий времён Третьего рейха. Нам же площадь запомнилась концертом Пола Маккартни, которого нам посчастливилось услышать в мае 2003 года — вместе с толпой таких же безбилетных поклонников «Битлз», восторженно подпевавших своему кумиру с обратной стороны сцены.
Далее был обелиск на Каролиненплац — памятник непростым отношениям Баварии с Наполеоном. Обелиск посвящен 30 тысячам баварских солдат, павших в 1812 году в России на стороне французов. Площадь расположена на пересечении Бриеннерштрассе и Барерштрассе, названных в честь мест сражений при Бриенне и Бар-сюр-Об, где баварские войска уже воевали против Наполеона.
Вскоре мы оказались в Хофгартене — Дворцовом саду, примыкающем к резиденции баварских королей. В глубине сада находится Баварская государственная канцелярия, где заседает земельное правительство. Рядом — памятник казненным участникам антифашистской организации «Белая роза». Чуть далее — Английский сад протяженностью 5,5 км, одна из крупнейших парковых зон в мире. Вход в Хофгартен находится на площади Одеонсплац, где в ноябре 1923 года произошёл неудавшийся государственный переворот — так называемый «Пивной путч», положивший начало политической карьере Гитлера. Сегодня площадь известна своими концертами под открытым небом, оправдывая своё название: «одеон» по-гречески означает «здание для певческих и музыкальных состязаний».
Пройдя традиционные десять километров, мы в тот день так и не увидели весеннего цветения сакуры, но в очередной раз прикоснулись к истории этого замечательного города.
Всякая всячина 