Коронавирус, как ни странно, стал поводом лучше узнать город, в котором мы живём уже двадцать лет. Воспользовавшись, казалось бы, обыденным предлогом — оформлением внутреннего паспорта нового образца, мы отправились в районную администрацию. Попасть туда не удалось: по новым правилам требовалась предварительная запись. Несколько расстроенные, мы решили прогуляться по незнакомой части города, направившись к ближайшей набережной реки Изар — с твёрдым намерением пешком дойти до Изарских ворот, затем знакомыми маршрутами выйти к Восточному вокзалу и оттуда на метро вернуться домой.
Путь от районной администрации пролегал через унылый промышленный район, обнесённый серыми плитами, густо расписанными граффити. Через пару кварталов дорога нырнула под бетонный мост, прогнувшийся под тяжестью прогулочного катера, переделанного в пристанище для любителей пива. Спустя несколько минут мы оказались в живописном уголке Изара — на длинном острове, утопающем в густом лесу. С одной стороны рукав реки был перекрыт дамбой, из-за чего высокий уровень воды практически превратил его в заводь. В тёплой, неподвижной воде лениво плавал тополиный пух, а неподалёку плескались буровато-пёстрые утки.
Перебравшись на остров по ажурному чугунному мосту, мы полюбовались другим рукавом реки — бурным, с шумной стремниной. На противоположном, усыпанном камнями берегу отдыхали взрослые и дети, с закатанными до колен штанами, весело плескаясь в прохладной воде. Плавать здесь запрещено, и запрет строго соблюдается. Прогуливаясь вдоль островного берега, мы пересекли мостик обратно на материк, свернули на лесную тропу, вытянувшуюся вдоль старого южного кладбища, и направились в центр города.
Минут через десять мы вышли на городскую улицу, идущую вдоль канала к жилому комплексу, напоминающему те, что можно встретить на Солнечном Берегу в Болгарии. Это был новый, совершенно незнакомый Мюнхен. Полчаса прогулки пролетели в восторженных восклицаниях при виде переходящих одна в другую миниатюрных площадей и старинных домов с изящной лепниной. Вскоре мы оказались на Гертнерплац — уже в знакомой части города, откуда на ближайшем метро отправились домой.
В интересном городе мы живём!
Всякая всячина 