Свою часть приготовлений к Новому году — в виде нарезанных ингредиентов для салата и традиционно подгоревшего мяса в казане — я выполнил. Прослушивая шедевры советской эстрады 60–70-х, увлёкся и позабыл обо всём, в том числе и о мясе — Яак Йоала, Нина Сазонова, Роза Рымбаева, Алла Пугачёва — было от чего заслушаться!
Кастрюли на плите кипят, вода из-под крышек плещется на раскалённую поверхность, повышая градус и без того насыщенной кухонной атмосферы. Я — небритый, в вязаных тапочках от двоюродной сестры, в трусах и футболке — стою с открытой бутылочкой светлого английского в одной руке и поварёшкой в другой. Неторопливо помешиваю поочерёдно в каждой из кастрюль, попутно проверяя температуру нагрева печи голым коленом. Делаю глоток пенистого напитка и вслушиваюсь в звуки, доносящиеся с маленького экрана планшета.
Скоро включу «Иронию судьбы» фоном и переключусь на новогодние поздравления близким, родным и друзьям. Пообедали уже не в полном составе и выпили по капельке розе́ д’Анжу́, так что градус повысился не только на кухне.
Примерно так я встречаю этот праздник каждый год — привык. До торжественного момента остаётся всего несколько часов. Традиционная встреча австралийского Нового года уже позади, и теперь очередь за моей пятой малой Родиной — Читой. Первые четыре — деревушка под Омском, забытый уголок где-то на юге Казахстана, село недалеко от столицы Киргизии и, наконец, Оренбург — в порядке хронологии терпеливо ждут своей очереди.
Я делаю основательный глоток хмельного, жмурюсь от удовольствия — и пишу очередное:
ПРИВЕТ!
С НОВЫМ ГОДОМ!
ЖЕЛАЮ ЗДОРОВЬЯ, СЧАСТЬЯ И ЛЮБВИ!
Всякая всячина 